«Кровавый октябрь»: 23 года спустя

1 Октября 2016 11:00
0

Трудно поверить, но каких-то 23 года тому назад по мостовым столицы сочилась кровь, а сограждане убивали сограждан. Знаменитые кадры танков, методично стрелявших по «Белому дому», облетели весь мир. Так закончилось противостояние президента Ельцина с Верховным Советом, его лидером Хасбулатовым и вице-президентом Руцким

До сих пор разнятся данные по числу погибших в те дни. По данным комиссии Госдумы - это 158 человек, по словам оппозиции - намного больше.

Споры вокруг драматических событий у «Белого дома» и Останкино будут возникать ещё долгие годы. Сторонники Ельцина будут доказывать, что президент спас страну от гражданской войны и «красно-коричневой» заразы. Их оппоненты скажут, что Ельцин нарушил действующую Конституцию и уничтожил в зачатке парламентаризм.

«Кровавый октябрь»: 23 года спустя

«Кровавый октябрь»: 23 года спустя


Ну а «Твой Тамбов» сначала предлагает вспомнить о том, что же происходило осенью 1993 года в провинциальном Тамбове. Да, противостояние царило не только в столице, но и на периферии. Правда, оно было различным – от едва конфликтного сотрудничества до фактического двоевластия.

Так, тамбовские «демократы» в той или иной степени поддерживали Ельцина. Представители бывшей партийной номенклатуры в основном ориентировались на Верховный Совет.

21 сентября 1993 года Ельцин издал свой знаменитый указ №1400 «О поэтапной конституционной реформе в РФ». Его суть заключалась в следующем – работа Верховного Совета прекращается, назначаются новые выборы в новый орган – Федеральное Собрание. Этот документ противоречил закону, поэтому в следующую ночь Конституционный суд отрешил президента от должности. Исполнять обязанности главы государства был призван Александр Руцкой.

23 числа Указ признали недействительным и депутаты тамбовского облсовета. Его председатель, в будущем тамбовский губернатор Александр Рябов, назвал действия Ельцина государственным переворотом. Некоторые из депутатов не стеснялись в выражениях, сравнивая Ельцина с Гитлером, «разогнавшим рейхстаг» и даже призывая «идти в народ» - проводить акции гражданского неповиновения. В итоге облсовет потребовал одновременных перевыборов двух враждующих ветвей власти. С последним согласился и действующий губернатор Владимир Бабенко. Хотя главный тамбовский чиновник подчеркнул, что, несмотря ни на что, будет выполнять все указы Ельцина. Полностью и безоговорочно поддержал президента первый мэр Тамбова Валерий Коваль.

От проведения каких-то решительных акций Рябов и его соратники всё-таки удержались. Вероятно, не хотели нагнетать обстановку и боялись спровоцировать силовые конфликты. Их примеру последовали городские и районные советы области.

«Кровавый октябрь»: 23 года спустя

Немедленной отставки Ельцина потребовали и руководители оппозиционного президенту областного народно-патриотического движения «Отечество», которые спешно создали комитет по защите Конституции. Уже 22 числа «патриоты» митинговали и распространяли листовки. Вскоре в здании комитета начнётся запись добровольцев в полк по защите «Белого дома». По информации министерства безопасности, баррикады столицы пополнили 13 человек из Тамбова и села Селезни, а проезд им оплатил начальник селезнёвской межрайбазы Чижиков. По другим источникам, ополченцев было гораздо больше, но установить доподлинно их число не представляется возможным. По городу гуляли слухи и о создании Рябовым и другими руководителями облсовета Тамбовской Центрально-Черноземной республики. Атмосфера накалялась.

- Ситуация в Тамбове, конечно, была напряжённая, но не настолько, как в Москве. Уж точно не было и тени безысходности и отчаяния, как в девяносто первом. Было два очага напряжённости. Один располагался в областном совете, в стенах которого разместился комитет по защите Конституции. Второй – в мэрии Тамбова, где тогда был Валерий Коваль. «Облсоветчики» выставили свою оборону и, наверное, ждали сигналы, чтобы перейти в атаку. Демократы – свою. В мэрии были бывшие военнослужащие. Например, Вадим Выгузов, который провёл инструктаж на случай, если сторонники Верховного Совета пойдут на захват мэрии, - вспоминает очевидец событий журналист Михаил Карасёв.

«Кровавый октябрь»: 23 года спустя


24 числа председатель Верховного Совета Руслан Хасбулатов прислал в область телеграмму с просьбой частям областного гарнизона поддержать его и его соратников. 27 числа в регион даже прибыл некто Ишин, которого своим представителем назначил Руцкой.

Новый митинг оппозиции состоялся уже 28 числа. На этот раз среди его участников было множество депутатов. Митингующие заявляли о своей солидарности с Верховным Советом и требовали эфира у тамбовской телерадиокомпании. Но, как и в Москве, так и в Тамбове противники Ельцина были лишены возможности огласить свою точку зрения по телевидению. Провели митинг и тамбовские сторонники Ельцина.

О настроениях населения города в эти неспокойные и судьбоносные для России дни можно судить по содержанию звонков, которые поступали на телефоны облсовета. Мнения тамбовчан разделились – от «руки прочь» до призывов «долой».

«Предлагаем выразить доверие Президенту, а Съезд распустить», - сказала тогда пенсионерка Бучнева. «Мы за Президента, депутаты говорят во вред народу», «Товарищ Рябов, где ваши действия, чтобы мы жили лучше? Не надо трогать Ельцина, потому что ему вредят», - говорили другие горожане.

«За защиту Конституции. Нужно всё сделать для защиты Конституции», «Полностью одобряю выступление Рябова и от имени всех подполковников поддерживаю его. Предлагаю провести выборы Президента и Верховного Совета одновременно. Считаю действия Президента неконституционными», «Депутаты должны защищать людей от голода, болезней. Убрать Ельцина, поддержать Руцкого. Люди живут в нищете. Правительство Ельцина довело страну до детской проституции», - были уверены их противники.

«Кровавый октябрь»: 23 года спустя


Но дальше телефонных звонков не пошло. Да и звонили немногие. Как и в августе девяносто первого, подавляющее большинство горожан оставались безучастными к происходящему. Наверное, сказалась усталость от конфликтов в высших эшелонах власти. Плюс ко всему экономическая ситуация в области, как и по всей стране, оставляла желать лучшего. Пожалуй, многие не видели никакой разницы между Ельциным и Хасбулатовым, с недоверием относившись к обеим противоборствующим сторонам.

Оппозиция не решилась на радикальные меры, ограничившись митингами (хотя для Тамбова и довольно многочисленными – не менее 2500 человек 28 сентября), листовками и криками в мегафон «Ельцин – иуда».

А 4 октября, уже после танкового обстрела в столице, мэр Коваль приостановил деятельность «Отечества» на территории города, а Бабенко прекратил работу облсовета за «антипрезидентскую, антиправительственную и конфронтационную позицию». Советская система прекращала своё существование. Но политическая жизнь в регионе не стабилизировалась. В Государственную Думу и в Совет Федерации от региона прошли коммунисты. Как впрочем, большинство у оппозиции оказалось и в областной, и в городской думах. Соратники Зюганова проиграли только на выборах мэра – кандидатуру популярного Коваля поддержало большинство. Тамбов становился частью «красного пояса».

Мнения:

Михаил Карасев, журналист

- Что значит, Ельцин не имел права распускать парламент? Когда парламент превратился в логово непонятных, совершенно маргинальных и зачастую вооружённых сил, которые заняли экстремистскую, реваншистскую позицию, о каких конституционных вещах можно говорить?

Наверное, надо было это дело пресечь быстрее. А Ельцин, Гайдар, правительство долгое время выжидали, пытались ограничиться декларациями и тем самым позволили разгуляться всей этой братии. Было ощущение, что они дают слабину. Потому вариант силового решения оказался единственно возможным.

Парламент тогда, можно сказать, потерял легитимность в глазах россиян, он превратился в консервативное болото, источавшее непонятные призывы, суть которых заключалась в том, что реформы надо прекратить и вернуть всё назад. Назад никто не хотел. Поэтому надежды возлагали на исполнительную власть, а парламент считался не то что обузой, а бревном на пути вперёд. Бревно надо было убрать.

Депутаты Верховного Совета, по сути, стали бунтовщиками. Подавив эту контрреволюцию, Ельцин, конечно, преступил правовые рамки. Но ситуация тогда уже вышла из конституционного поля. Я был в Москве в первые дни противостояния. И я видел тех людей, которые начинали возводить баррикады. Это совершенно обезбашенные личности, сейчас такие люди являются активистами какого-нибудь НОДа и других мракобесных организаций. Они не скупились на призывы к насилию, расправам с демократами, реформаторами, инородцами. Да, с другой стороны было много так называемой «демшизы», наглухо отбитых демократов. Но эти люди не могли позволить себе взять в руки оружие или открыто призывать к убийству. В общем, тогда, у «Белого дома», было ощущение бесовщины, всего самого ужасного.

Естественно, то, что мы имеем сегодня, в частности суперпрезидентскую власть, мы получили оттуда, но такова была наша история. Произошло то, что произошло.

Сергей Топильский, историк, член КПРФ

- На мой взгляд, всю ответственность за пролитую кровь несёт Ельцин и его сторонники, которые обостряли конфликт. Это был государственный переворот. Был разогнан законно избранный орган власти – Верховный Совет Российской Федерации, что привело к установлению в стране, по сути, авторитарного режима, который с конца 1993 года у нас особо и не менялся. Не будем забывать, что на фоне расстрела Верховного Совета была протащена новая Конституция, по которой президент получил чрезвычайные полномочия, и которые сейчас реализуются в полной мере.

Верховный Совет того времени – это своеобразный орган, абсолютное большинство его депутатов колебались. С одной стороны, они хотели поддерживать взаимоотношения с властью, от которой зависело финансирование. С другой, на них давили избиратели. В те сказочные времена депутаты ещё полагали необходимым учитывать волю избирателей при голосованиях. Если бы Ельцин потерпел поражение, скорее всего Верховный Совет доработал бы до конца своих полномочий, были бы новые выборы. Каким был бы новый состав, сказать сложно. Но наверняка Россия в этом варианте была бы более демократичной, больше бы учитывались интересы граждан.

Сергей Доровских, писатель

- События 93-го года всегда вызывали у меня интерес, хотя это и не самое подходящее слово. Я могу подолгу смотреть кадры кинохроники, на баррикады, броневики, людей с автоматами и щитами. Самые пугающие кадры – когда милицейскими дубинками избивают какого-то безоружного старика с авоськой, как стоят и курят неформалы на фоне слегка прикрытых тряпками тел. Всё это – наш бред, наша недавняя история, которая вполне может повториться.

Понять те события непросто, и тем более сказать, кто прав. Защитники Дома советов – «баркашовцы», «ампиловцы», «бабуринцы», «монархисты» и т.п. – это очень неоднородная масса, и если бы они одержали верх над Ельциным, то это означало бы для страны не меньшую, а может быть, и большую смуту. Это были ситуативные союзники, которых объединила борьба с Ельциным, но в остальном они бы не договорились, а может, продолжили борьбу уже между собой полюбившимся им методом захвата мэрии и Останкино. Ещё меня удивляет, когда сегодня многие активисты событий тех лет заявляют: «Нас расстреляли из танков!» Те, кого расстреляли из танков, говорить не могут по определению. Обратите внимания: в 93-м году не было жертв среди политиков, не погиб ни один зачинщик столичной бойни. Жертвы – это простые люди, москвичи, а также жители других регионов, приехавшие по воле сердца защищать что-то от кого-то, а также российские и иностранные журналисты. Они погибли – и это страшно! Ради чего? Тоже непонятно. Танки, баррикады, стрельба, слёзы, кровь – всё это было, но за это до сих пор так никто и не покаялся, будто и нет виноватых. А это значит, что обида, озлобленность сидит занозой в душах. Вполне допускаю, что и завтра на улицах могут начать митинговать, а затем убивать – прививку от подобного бешенства наш народ будто и не получал. Такое ощущение, что мы на духовном уровне чем-то больны, и гражданская война – это внешнее, агрессивное проявление этого недуга. А как лечить его – ответа пока никто не дал, ни власть, ни писатели, ни церковь.

Фото Михаила Карасева и из открытых источников

Александр Смолеев

Поделиться:
«Кровавый октябрь»: 23 года спустя
Просмотров: 1243
 

Чтобы оставить комментарий, авторизируйтесь через социальные сети




Рассказать о ТвойТамбов:
Подписка на новости Получайте свежие новости на почту